Эксцентричный стиль гонзо появился в США в 1960-х и 70-х годах как поджанр «Новой журналистики». Его идея лежала в отказе от структурированных и безэмоциональных репортажей. Что происходит с направлением сегодня? В этом материале мы разбираемся, есть ли место гонзо-журналистике в современном мире.
Unsplash, Hannah Tu
Что это за жанр и какие у него стандарты?
Создателем гонзо-журналистики принято называть Хантера Томпсона. Свою популярность он получил в середине 1960-х годов, когда внедрился в мотоклуб «Ангелы ада» и описал субкультуру байкеров для журнала The Nation.
А официальным рождением гонзо считается 1970 год – тогда Томпсон опубликовал статью «Дерби в Кентукки упадочно и порочно» в журнале Scanlan’s Monthly. Вместо того чтобы освещать сами скачки или победителей, автор сосредоточился на разгульном пьянстве светской публики и собственных выводах.
Главное отличие жанра – это полный отказ от нейтральности и традиционных стандартов. Томпсон считал объективность в журналистике мифом.
«Меня не удовлетворяет старый традиционный подход журналиста: „Я просто осветил эту историю. Я просто представил ее сбалансированную точку зрения”», – заявлял Хантер Томпсон в интервью для издания The Atlantic.
Поэтому одним из ключевых стандартов гонзо-журналистики считается повествование от первого лица, где автор – это главный герой своего материала. В тексте журналист выступает одним из участников событий. Он погружает читателя в происходящее, собственные мысли и чувства.
Работа с фактами в этом жанре строится на смешении реальных событий и авторского восприятия. Из-за этого подхода гонзо критикуют: журналист берёт на себя роль «морального» судьи, а аудитория не получает достоверных фактов, на которых можно построить независимое мнение.
Отличается и стиль текстов – высокая динамика, острая социальной критика и самоирония. Авторы могут использовать сарказм, шокирующие описания, ненормативную лексику, большое количество глаголов – они помогают передать состояние рассказчика, к примеру, напряжение или отчаяние.
Ещё одной особенностью жанра считается публикация текста с минимальными правками – «первый черновик». Авторы принципиально не переписывают текст и в готовый материал идут сырые заметки, расшифровки интервью и дословные записи разговоров.
Жив ли жанр сейчас? Мнения расходятся
Мёртв
Часть авторов считает, что оригинальный метод Хантера Томпсона, который строился на доведении ситуаций до абсурда, перестал работать. Потому что реальные новости стали безумнее журналистского вымысла.
По его мнению, смысла шокировать аудиторию больше нет. Люди и без того устали от хаоса вокруг.
«Сейчас нужно не больше безумия, а стабильность и здравый смысл. Но мы это уже прошли. Сейчас мы находимся в режиме «извлечь максимум из антиутопии» и изо всех сил держимся за жизнь в вихре ежедневных зверств», – объясняет Нэнс.
Жив
Научный сотрудник Института экономики Молинари (Франция) Николай Венцель называет ситуацию в медиа сегодня «возвращением гонзо-журналистики». По его мнению, крупные медиа выдают материалы за объективные новости и стирают грань между репортажем и авторской колонкой. Субъективный взгляд и «нужный» нарратив стоят выше доказательств, а факты размываются.
Считать ли субъективную подачу истории гонзо-журналистикой – спорный вопрос. Эта характеристика точно присуща жанру, но не определяет его полностью. При этом есть авторы, которые продолжают целенаправленно работать в жанре. Но они отказываются от эпатажа в стиле 1970-х годов и переносят фокус на эмоциональную честность и полное отсутствие корпоративной редактуры. Для таких работ они используют термин «Новое гонзо» (New Gonzo) или относят его к литературной журналистике.
Один из примеров – Gonzo Today. Это проект, который объединяет независимых авторов. В основе его работы лежит отказ от денег как главной цели. Платформа существует за счёт обмена ресурсами и даёт авторам площадку для публикации материалов, которые не прошли бы корпоративные фильтры и цензуру спонсоров в традиционных СМИ.
Чем гонзо отличается от современного блога?
Когда появились YouTube, TikTok и Instagram, любой человек мог свободно делиться на большую аудиторию своими мыслями в удобном формате. Но собственное мнение автора ещё не делало контент гонзо-журналистикой.
Одно из отличий блогера от гонзо-журналиста – это цели, которые он ставит. Первый создаёт контент, чтобы показать жизнь и реакцию на события. Второй использует свою личность как инструмент, с которым изучает сложные социальные, политические или культурные проблемы. Задача не просто поделиться эмоциями, а провести полноценное журналистское расследование.
Вот несколько примеров медиапроектов, которые работают по принципу гонзо-журналистики.
Vice Media
Редакция выпускала резонансные видео на неожиданные темы, например, о жизни в «Исламском государстве» в сирийском городе Ракка, о путешествии по Северной Корее с бывшим баскетболистом Деннисом Родманом, а также об интернет-миллионере Джоне Макафи, скрывающемся в Белизе.
Их цель – быть альтернативой традиционным и сухим новостным сюжетам. Во время уличных беспорядков их журналисты становятся частью демонстрации.
Эндрю Каллаган
Ещё один пример – Эндрю Каллаган, создатель YouTube-канала Channel 5. Документалист Луи Теру называет его «выдающимся гонзо-журналистом современности».
Каллаган начинал как контент-мейкер. Он снимал короткие развлекательные интервью с прохожими на улицах Нового Орлеана. Этот формат привлёк внимание продюсерской компании Doing Things Media, которая решила профинансировать его новое шоу – All Gas No Brakes. Эндрю выделили дом на колёсах, на котором он вместе со своей командой из двух друзей-операторов отправился путешествовать по США и снимать развлекательные ролики.
После начала протестов в Миннеаполисе в 2020 году после убийства Джорджа Флойда, Каллаган заметил, что традиционные СМИ концентрируются только на визуальной стороне: грабежах и пожарах, но упускают суть.
Команда Каллагана отказалась от роли сторонних наблюдателей и отправилась в центр протестов. Продюсерам из Doing Things Media это не понравилось и они потребовали от Каллагана вернуться к развлекательному контенту. Из-за этого конфликта Каллагана уволили и забрали права на бренд All Gas No Brakes.
В 2021 году он запустил полностью независимый проект Channel 5. Каллаган придерживается метода глубокого внедрения в субкультуры и радикальные политические движения. Позже в таком же стиле он снял документальный фильм для HBO Max о штурме Капитолия.
