Число стран, из которых пришлось бежать журналистам, по данным Репортёров без границ, удвоилось за последние пять лет. Сегодня их 65. А корреспондентов, которые работют в изгнании – около 1400.
Освещать события, находясь вдалеке от них, – это, пожалуй, главный челлендж экзайла, а вместе с ним – поиск источников, подтверждение фактов и получение комментариев госструктур.
В этом материале вместе с беларусскими и международными журналистами разбираемся, как изгнание повлияло на журналистские стандарты и что редакции делают, чтобы им соответствовать.
Эту историю Citydog.io нашёл в Threads – возможно, одном из главных источников о событиях в Беларуси сегодня. Медиа, которые вынужденно оказались в изгнании, часто черпают информационные поводы в социальных сетях.
– То, что беларусы пишут в соцсетях, на данный момент самый адекватный способ понять, что действительно волнует людей. Социология который год не работает, в том числе из-за общественно-политической обстановки в стране и страха вслух сказать лишнее. Поэтому когда редакция находится в Минске, то все равно не может получить такой срез адекватных ситуации мыслей, точек зрения, проблем, которые дают беларуские сегменты тредс или тиктока, – говорит главред CityDog.io Сергей Сахаров
В изгнании же медиа сталкиваются с препятствиями: официальный комментарий государственных организаций своей страны не запросить, у героев комментарий не взять – они боятся общаться с независимыми медиа из-за страха преследования. При этом доверять контенту из социальных сетей рискованно. В ноябре 2025 года TikTok пометил 1,3 миллиарда видео как ИИ-материал. Распознать, выдает ли кто-то синтетический ролик за реальный, становится всё сложнее. Но существуют специалильные программы для детекции ИИ.
В редакции CityDog.io при работе с социальными сетями пока не опираются на специализированные ИИ-инструменты, а работают, применяя обычные журналистские.
– Ты смотришь профиль человека. Бот или не бот, любит приврать или нет. Дальше ты уже идёшь с ним разговаривать. Если человек боится, пытаешься оценить косвенные признаки правдивости информации, ищешь второй независимый источник. И далее – дело ответственности журналиста и редактора, – говорят в редакции.
Беларусская медиаэкспертка Ольга Ерохина отмечает, что с развитием искусственного интеллекта даже безобидный контент может оказаться фейковым – и тогда на медиа рискует репутацией.
Евгений Казарцев из «Еврорадио» приводит другой пример: редакций обнаружила фото бывшей спикерки Координационного совета Беларуси Анжелики Мельниковой, которая таинственно исчезла в марте 2025 года. На снимке, который появился спустя год после её пропажи, бывшая оппозиционерка занималась в минском спортзале. «Еврорадио» проверяло фото несколькими способами. Редакция звонила в тренажёрный зал, но сотрудники отвечали уклончиво. Также журналисты проверяли фото на следы ИИ и фотошопа.
– Минимальная проверка нужна для совершенно всего, это база. При появлении сомнений мы проверяем при помощи специальных сервисов на признаки ИИ, – говорит Евгений Казарцев, главный редактор. – Мы прогоняли этот снимок через четыре разных сервиса, чтобы сделать вывод, реальная ли фотография.
Тогда редакция сделала вывод, что фото настоящее. А вот ещё один случай, где ответ не так очевиден. Ольга Ерохина вспоминает другой нашумевший снимок – Анна Конопацкая в центре Варшавы. Беларусская политикиня, которая играет роль оппозиционерки при режиме Лукашенко опубликовала фото в социальных сетях с комментарием: «Самовлюбленные слабоумные, не знающие, и не понимающие хода исторических событий, зачастую в высокой степени авторитетности нынешней власти, как и в ее оппонентах, берутся высказываться о состоянии фундаментальных отношений белорусского и польского народов. Иногда читая и слушая которых хочется «обнять и плакать»!»,
Фото подхватили беларусские СМИ и опубликовали его без контекста и подтверждения. При этом на самом снимке были сомнительные следы.
Ольга напоминает, что в журналистской практике есть неизменные стандарты: проверка по минимум двум независимым источникам. Это правило должно работать без исключений.
Журналистка Русской службы BBC, которая согласилась поговорить с редакцией на условиях анонимности, говорит, что в медиаорганизации есть стандарты, которые распространяются на службы всех стран.
Она также отмечает, что в коротких новостях допустимо опираться на один источник – но только в том случае, если это надёжное медиа вроде Reuters. С социальными же сетями команда BBC работает как с зацепкой – редакция редко берёт посты как самостоятельные новости, чаще – исследует тему, контекст и развивает в больее широкий материал.
Журналистка приводит в пример историю в российской Тюмени, над которой работали коллеги. Тогда после паводка в городе засорилась питьевая вода. Поводом для изучения ситуации стал пост в социальных сетях. В итоге команда опубликовала расследование.
Еще одна проблема, с которой сталкиваются медиа в эйзайле, – это получение комментария от государственных структур. При этом по журналистским стандартам медиа всегда должно давать право на ответ другой стороне. В BBC это правило соблюдают, хотя запросы обычно заканчиваются молчанием.
Ольга Ерохина отмечает, что подобных условиях журналистам можно не представляться СМИ.
– Нам же никто не запрещает звонить в Беларусь, представляться гражданами Беларуси. По стандартам OCCRP, в странах, где доступ к информации у журналистов практически закрыт или полностью закрыт, допускается представляться гражданами своей страны, сочинять какую-то легенду. Единственное – это обязательно должно быть прописано в тексте.
Это касается не только общения с властью, но и с гражданами, если они боятся общения с прессой.
