Недавно мы опубликовали историю бывшей журналистки «Настоящего времени» Норы Соболь о том, как она уже три месяца безрезультатно откликается на вакансии в медиа. Увы, таких историй становится всё больше. В 2025 около 3500 журналистов потеряли работу только в США и Великобритании. А уже в этом году под сокращение попали сотрудники Politico, BBC, CBS News, The Washington Post и других известных изданий.
Сфера вошла в период затяжного кризиса. Отчасти повлияло развитие ИИ, отчасти – исчезновение американского донорского финансирование. Мы поговорили ещё с двумя специалистками о том, как они потеряли и (не) нашли работу и что делают с этим сейчас.
Изображение – Unsplash.com
«LinkedIn ощущается как скам»
Первая работа Светланы была в беларусском региональном медиа. Туда журналистка попала по распределению после вуза и отработала два года. После этого сотрудничала с бизнесом, агентствами и медиа. Занимала разные позиции – от стилистической редакторки до SEO-копирайтерки.
В 2022 Светлана была занята сразу в нескольких проектах. Подрабатывала нарративной дизайнеркой в геймдев-студии.
Нарративная дизайнерка – это специалистка, которая отвечает за историю и сюжет в видеоиграх. Она не просто пишет текст, её задача сделать так, чтобы сюжет, персонажи и мир взаимодействовали с геймплеем и создавали эмоциональный опыт для игрока.
Параллельно Светлана писала гайды для видеоигр для российского медиа «Игромания», откуда ушла после начала полномасштабного вторжения. Также работала над социальными сетями издания The Village Беларусь, которое закрылось в июне 2023 года. После этого был ещё один проект, но и он отвалился. И вот уже шесть месяцев Светлана пытается найти работу.
Сейчас специалистка ищет любые проекты, связанные с контентом. Желательно, не в беларусском поле.
– Беларусская журналистика – это травматичный экспириенс, который мне как человеку в хронической депрессии очень вреден. Поэтому я искала позиции в IT, где нужно писать тексты. Но не учла, что рынок поменялся. И сейчас многие айтишные компании предпочитают отдавать тексты генеративным моделям, несмотря на то, что справляются LLM-ки с этой работой не совсем корректно.
Обычно Светлана ищет открытые позиции на сайтах компаний, в телеграм-группах. Также знакомые скидывают подходящие вакансии. Но ответы на резюме почти не приходят.
На LinkedIn Светлана тоже сильно не надеется.
– Сложно туда заходить, особенно, когда ищешь работу несколько месяцев. Я рассылаю резюме, мне не отвечают. Я пишу HR, они тоже не отвечают. Ощущается как скам. Есть куча вакансий, куча людей, но выхлопа нет. Хотя один мой знакомый нашёл там работу в очень крутой польской компании CD Projekt Red. И это единсвтенное, что меня мотивирует туда заходить.
Профессиональный интерес Светланы – социальные сети и работа с коммьюнити. Хотя сейчас она ищет любые возможности в медиа и в бизнесе. И параллельно ведёт свой канал на Twitch, где транслирует игры. Это её хобби. И на данный момент единственный источник заработка, хотя и совсем не регулярный.
– Мои друзья вынудили меня завести Patreon. И теперь я получаю немного денег от подписчиков, а также от зрителей.
«150 евро за текст, над которым сидишь неделю»
Ксения Морозова начала журналистскую карьеру в 2014 году в российском издании «Собака.ru». Два года проработала как SMM-специалистка, после ещё четыре – как редакторка. Дальше была Афиша Daily, следом – «Холод».
В «Холод» Ксения попала не сразу. Первые две попытки даже не привели к собеседованию. С третьего раза ей предложили позицию редакторки.
– Я хотела в этот конкретный проект и достаточно долго этого добивалась.
В «Холоде» я много чему научилась. Там очень высокий уровень профессионализма и довольно понятная концепция. Они рассказывают в первую очередь про людей – историю через конкретные персоны. Мне этот подход был близок, – рассказывает Ксения. – Но я выгорела. Это было, наверное, первое в моей жизни серьёзное выгорание.
Ксения решила уволиться. Плана по поиску новой работы не было, но была куча связей, наработанных за 10 лет в журналистике. Это помогало находить краткосрочные проекты.
– Я опубликовала пост в Instagram апреле (2025 – прим.). Но ко мне пришли только парт-тайм или фриланс-варианты. С этого поста никто не предложил постоянную работу, хотя он очень хорошо разошёлся. Многие бывшие коллеги говорили приятные слова.
Ксения начала работать с бизнес-сектором. Для одного из проектов вела Telegram-канал. Но сотрудничество вскоре закончилось: компания больше не смогла выделять деньги на фриланс-автора. Хотя до этого платили щедро.
– Я с грустью должна констатировать: всё, что мне предлагали в медиа, стоило в раз 10, наверное, меньше, чем то, что мне предлагал бизнес. Поэтому я практически не бралась за тексты для СМИ. Сейчас стала возвращаться в текстовый фриланс. Но это ужасно грустно, потому что гонорар 150 евро за текст, над которым ты сидишь неделю, почему-то считается нормальным. Хотя жить на это абсолютно невозможно.
Тем не менее, в бизнес Ксения не ушла. Решила заняться собственным проектом. Об этом журналистка начала думать почти сразу после увольнения из «Холода».
– Я хотела попробовать другие способы рассказывать истории, – рассказывает Ксения.
Первым на ум пришёл YouTube. Но чтобы развивать канал, нужен был хотя бы небольшой стартовый капитал, которого у журналистки не было.
– Мне на глаза попался курс «Либо-Либо» по нарративным подкастам (российская студия подкастов – прим.). Наш поток был первым, поэтому это было совсем не дорого.
За небольшие деньги в сжатые сроки Ксения разобралась в том, что такое подкасты, как их делать, как писать сценарии, в чём их отличие от текста и другом. Курс вдохновил журналистку на свой подкаст «История обмана».
Ксения собрала команду: опубликовала историю в Instagram, где рассказала, что ищет волонтёров в проект. Откликнулось неожиданно много людей. Месяц назад, рассказывает журналистка, она наконец выплатила команде первые гонорары. Хотя к этому шла долго. Проект запустили в декабре 2025, а первые рекламные деньги пришли в марте 2026.
Создание нарративного подкаста, говорит Ксения, требует много времени. Это сложнее разговорных подкастов, где спикеры много импровизируют. Здесь нужен глубокий ресёрч, фактчек, а затем написание материала. К творческой части подключаются задачи по развитию, маркетингу, поиску рекламодателей.
Хотя стабильных рекламных контрактов у подкаста пока нет, растёт он быстро. Сейчас у канала 2000 подписчиков. У каждого эпизода не меньше 8 тысяч прослушиваний. Максимум – 20 тысяч.
– 20 – это, скорее, уникальное число. Это довольно сложно повторить. Но вот эти 8-10 тысяч прослушиваний я уже сейчас могу гарантировать рекламодателю, и это может конвертироваться в рекламные контракты. На данный момент это деньги маленькие. Очень. Просто копеечки, сравнимые с деньгами, которые я зарабатываю, работая на фрилансе для медиа. Хотелось бы, чтобы денег было в 10 раз больше. Для этого надо, чтобы прослушиваний было в 10 раз больше.
